Фагот
Участник
Всего сообщений: 65
Ссылка
Дата регистрации на форуме: 19 мар. 2007 | Профиль |
NEW! Сообщение отправлено: 16 сентября 2007 18:49
ОТРЫВКИ ИЗ " ТРЕХ ПРАВДИВЫХ ИСТОРИЙ".
1
Позади осталась пьяная, страшная ночь. Чтобы жить по человечески, нужно пахать по зверски…
…Путь это они проделывали не раз, что бы не застрять в Москве, билетов в Киевском направлении, как всегда не было, но оставалась известная альтернатива с электричками. Тяжелый путь длился порой по двое суток. Иногда, при пересадках, чтобы успеть на очередную собаку, народ бежал, как бешенный, сметая всех и вся со своего пути. Скорость парней, отягощенных тележкой с восьмью ящиками сигарет, сникерсов и ликера «Амаретто», а также выпитого на кануне, проигрывала скорости спешащего народа и в этот раз смели их. Путь к электричке лежал через виадук, довольно пьяные парни стерли грань между верхом и низом, сбежав вниз через толпу жаждущих поездки, их стремительный спуск кончился сокрушительным падением, которое с отчаянием наблюдал привокзальный милиционер. Как и следовало ожидать, добежав до нужного пути, они увидели хвост удалявшегося электропоезда. Делать было нечего, электричка была последняя в этот день, надо было подумать о ночлеге.
…Целый год челночных мотаний произвел радикальные перемены в облике и мировоззрении двух друзей. Они явно были друзьями, зная друг друга давно, они, тем не менее не стали врагами. Маленький бизнес давал ощущение постоянной занятости, давал право питаться, одеваться и вступать в товарно-денежные отношения с зарождающейся капиталистической действительностью. Наплевав на нравственные и физические падения, они давно уже искали в этих поездках более изощренные переживания и адреналин. Дорога тянула, забирая время и силы, родной город не казался больше родным, не звал и не притягивал, смыслом поездок становились не зарабатываемые деньги, а эйфория пути, лежащего перед ними.
Сдав в камеру хранения багаж, в этот раз, они основательно набирались тепла и ощущений в ресторане вокзала, ведь впереди была длинная и наверное, бессонная ночь. В ресторан, понимая друг друга без слов, они зашли, не сговариваясь, и заказали, не читая меню. Над столом висело пыльное зеркало, на котором чем-то грязным, видимо пальцем, было начертано –
- Не расстраивайся, другие не лучше…
Две бутылки были заказаны сразу. Наверное, единственный напиток, с которым не хочется уединиться на вокзале – это водка. В ней есть что-то сводническое и коммуникативное. Вокзальные уроды и проезжающий люд, начинают походить на красавцев и лучших друзей. Она ставит между тобой и собутыльником прозрачную стенку, все и вся преображающую. В зале на удивление, было мало людей, компания, справляющая что-то, несколько мрачных с виду кавказцев в углу, да двое парней, дорого, не по дорожному одетых...
2
...Ощущение отдыха и алкоголь не надолго расширило сосуды и круг новых знакомых.
Андрей поползав в придорожных кустах и наконец найдя спички, прикурив, пошутил –
- Такова жизнь: либо се ля вы, либо се ля вас. Вад, ничего не отвечая, озабоченно искал билеты на утреннюю электричку и кажется, нашел. С трудом разлепив заплывший левый глаз, он пытался оценить ситуацию, она не внушала оптимизма. В лучшем случае, они попадали на первую электричку, но без своего товара, возле камеры хранения стоял один из сержантов.
-Пора убираться с этого трипперного бунинского сеновала.
…Три пересадки уже были, оставалось еще столько же.
Думы Вада, дремавшего на сидении электрички, уже давно и странно перескочили на состояние собственного организма, а с ним творилось что-то не то. Желудок, кишки, доселе мирно молчавшие, понемногу взбунтовались, живот издавал трели, походящие на камлание шамана. Посмотрев на Андрея, мирно пьющего пиво, он поерзал задом, по жесткому сиденью, от чего дико захотелось в туалет. Электрички бывшего СССР, мало подходили для решения таких животрепещущих вопросов, как правило, туалет находился только в одном из вагонов, но в каком, это был неразрешимый вопрос, никогда никаких указателей не было. Да если бы и были, пробиться, через толпу народа, в проходе не представлялось возможным. Еще пятнадцать минут назад все было хорошо, отвоевав место, налегке, выдохшиеся после дурацкого вокзального случая, они жаждали одного – спать. Спать, а потом думать, как быть с товаром, оставшимся на злополучной станции.
Но сейчас Ваду было не до сна. Ночью, проводя взглядом ушедшего на поиски сексуальных приключений Андрея, он нашел повод заказать груду шашлыков, и видимо отравиться ими, а может быть, и не ими, а соусом – но вернее всего паленой водкой из пристанционного ресторана. Проведя время до драки с ментами в пьяной болтовне, дешевых шутках и попытках соблазнить официантку, которой впаривал телегу о своем исключительно здоровом образе жизни. Сейчас бы он не впихнул в себя шашлык, под страхом лечебного голодания, а воспоминания о водке вызывали еще большие приступы диареи и тошноты. Казалось, сколько бы лет ни прошло бы с этих пор, ощущение, что он сможет нормально воспринимать мир, пить пиво, умирать от желания и никого не бояться, потому что вокруг все свои и ты свой – этого ощущения никогда уже не будет. Депресняк, усугубленный рвущимся наружу поносом, головная боль и ощущение беды, вызвали полуобморочное состояние, что то типа нарколептического транса и ступора, называвшегося в народе - ни вздохнуть, ни пернуть.
Минут пять Вад, сжимая ягодицы, боролся с ощущением ракетных дюз, вот вот должных выдать на гора критический залп топлива, мычание отчаяния вырвалось через плотно сжатые губы. Андрей, с ужасом посмотревший на зеленое, потное лицо товарища, сразу все понял. Вскочив с кресла, он молча начал пробивать дорогу к тамбуру, не обращая внимание на пинки и недовольные возгласы железнодорожных собратьев, за ним устремился Вад, видимо совсем ничего не соображавший, его лицо, походило на лицо святого мученика, пробиться не удавалось, народ стоял стеной, ни понимая и нехотя понимать ситуации. В глазах Вада стоял пристанционный толчек, в который они зашли вечером, на двери его, красовалось объявление –
- «В писсуары не срать!!!»
В отчаянии и злости он заорал на весь вагон –
-Мне плохо, буду блевать! Это помогло, неприступный народ стал пугливо отстраняться от них, выскочив в тамбур, откуда аналогичным воплем безысходности все были удалены, он наконец с облегчением спустил джинсы. Тамбур раздвинулся до границ вселенной, остатки вчерашнего пиршества со звуком столкнувшихся поездов залили его качающиеся стены. Андрей в это время грудью и матами пытался сдержать потесненных граждан.
Через десять минут, провожаемые неприязненными и отвращенными взглядами они пробивались назад. На следующем полустанке, тусующиеся взад и вперед пассажиры, разнесли по вагону их неудачную попытку ночного кутежа…
Родной город приближался. Усталость и дьявольское невезение, этой рядовой в принципе поездки, сделали свое дело. Парни спали. Нужно было набраться сил, ведь завтра собираться в обратный путь, за товаром на злополучную станцию…
|
